Прочитайте онлайн Одинокий голубь | Часть 39

Читать книгу Одинокий голубь
3612+18301
  • Автор:
  • Перевёл: Тамара П. Матц

39

Смерть молодого ирландца повергла ковбоев в уныние. Калл ничего не мог поделать. Всю следующую неделю все только и говорили о смерти.

Вечером, за ужином, или ожидая своей очереди идти в ночное, ковбои без конца вспоминали о тех смертях, свидетелями которых были или о которых слышали. Большинству основательно досталось в жизни, так что пришлось видеть, как люди умирают, но никто из знакомых им людей не напарывался на гнездо змей в реке, и они никак не могли по этому поводу успокоиться.

Хуже всех оказался Джаспер Фант, на которого смерть мальчика произвела такое впечатление, что Каллу казалось, что он вот-вот рехнется. Джаспер и раньше молчаливостью не отличался, но сейчас он говорил без умолку, стараясь словами заглушить свой страх.

Реакция Аллена О'Брайена была прямо противоположной. Он весь день ехал молча, держался в стороне и нервничал не меньше братьев Спеттл. Он сидел у костра и плакал, а другие в это время говорили о запомнившихся им смертях.

Еще не привыкший к дисциплине скот доставлял много беспокойства. Кустарник густой, погода тоже оставляла желать много лучшего. Три дня лил дождь, комары слетелись тучами. Ковбои, не привыкшие к ночной работе, стали раздражительнее кур. Липпи поручили собирать топливо для костра, но то, что он приносил, не устраивало Боливара, которого бесило само присутствие Липпи. Дитц впал в редкую для него мрачность, вероятно потому, что считал себя частично виноватым в смерти мальчика.

Диш Боггетт оказался превосходным погонщиком. Он всегда находился на своем месте и замечал все, что следовало замечать.

А вот братья Рейни всех разочаровали. Оба тосковали по дому и щедрому столу своей жизнерадостной матери. Они безвольно тащились следом и хоть и не увиливали от работы, но делали все на редкость медленно.

Август мотался с места на место. То ехал впереди стада, раздражая Диша, потому что впереди него не должно было быть никого, кроме разведчика. Иногда же он лениво тащился рядом со свиньями, которые часто останавливались, чтобы понежиться в лужах или повыкапывать крыс из нор.

Все боялись следующей реки – Сан-Антонио. Много спорили насчет того, как далеко распространены щитомордники, – водятся ли они в Симарроне, Арканзасе и Платте? Никто с уверенностью не мог сказать, зато все знали точно, что в Сан-Антонио их полно.

Однажды утром появившийся после завтрака Дитц поведал, что нашел мелкую переправу всего в двух ми лях от лагеря.

– Как там насчет змеиного населения? – поинтересовался Август. День снова был серым и дождливым, поэтому он надел свой желтый дождевик.

– Черепах нескольких видел, вот и все, – сообщил Дитц. – Если они там и есть, то попрятались.

– Надеюсь, их там нет, – сказал Август. – Ведь если даже ужик покажется, половина из этих молодцов залезут на дерево.

– Меня больше беспокоят индейцы, – заметил Пи Ай.

Что было истинной правдой. С того момента как они уехали из Лоунсам Дав, он снова начал видеть свои страшные сны про огромного индейца. Того самого, который мучил его во сне долгие годы. Иногда он видел его, даже если просто дремал в седле. В результате он плохо спал и понимал, что, когда они приедут в Монтану, он будет совершенно вымотавшимся и ни на что не годным.

– Странно, как это мысли забираются в голову, – рассуждал он. – У меня все про этого индейца.

– Наверное, твоя мамочка, когда ты был маленьким, говорила тебе, что тебя украдут, – заметил Август.

Они с Каллом подъехали к переправе и внимательно огляделись в поисках змей, но ничего не заметили.

– Сделай милость, кончай вспоминать о смерти мальчика, – попросил Калл. – Может, тогда и они за будут.

– Это ты плохо придумал, – заявил Август. – Как раз за разговорами все и проходит. Все надоедает, даже смерть, если ты постоянно об этом говоришь.

Они сидели на берегу реки, ожидая появления стада. Когда оно появилось, то во главе, рядом со Старым Псом, шагал техасский бык. Иногда быку нравилось предводительствовать, а в другие дни он развлекался тем, что дрался или приставал к телкам.

– Не продумали мы как следует это путешествие, – проговорил Август. – Даже если мы пригоним весь этот скот в Монтану, кому мы его продадим?

– Как раз и весь смысл в том, чтобы не продавать его сразу, – ответил Калл. – Самое главное – получить землю. Покупатели обязательно найдутся.

– Чего мы тащим за собой этого быка-урода? – по интересовался Август. – Если там так красиво, зачем нам уродливые животные?

К их радости, переправа прошла благополучно. Суетился только Джаспер, который рванул через реку галопом, в результате чего его лошадь споткнулась и едва не грохнулась.

– Тебе для такого способа переправы мост нужен, – рассмеялся Соупи Джонс.

Джасперу явно стало стыдно. Он знал, что нельзя гнать лошадь галопом через реку, но в последний момент страх перед змеями охватил его, лишив здравого смысла.

Ньют слишком устал, чтобы чего-то бояться. Он так и не привык работать ночами. Пока он поил лошадь, к нему подъехал мистер Гас. На западе небо уже слегка очистилось от облаков.

– Хоть бы солнце вышло и прижарило этих насекомых, – сказал Август.

К переправе медленно приближался фургон. Боливар держал вожжи, а Липпи ехал на лошади сзади. За ними следовал табун лошадей и братья Спеттл.

Как странно, подумал Ньют, что река, которая только что была совсем мирной и тихой, может вскипеть змеями и убить Шона. Несколько раз, главным образом ночью, ему представлялось, что Шон еще жив. Постоянная сонливость мешала ему отделить сны от яви. Он даже иногда разговаривал с другими работниками, а по том ему казалось, что это случилось во сне. Ему никогда раньше не приходилось печалиться о потере друга. К тому же он стал задумываться, какой еще длинный путь им предстоит.

– Надеюсь, никто больше не погибнет, – сказал он.

– Ну, в такой ситуации трудно что-либо предугадать, – заметил Август. – Возможно, что дальше все пойдет без потерь. Но, с другой стороны, может статься, что только половина из нас доберутся до места. Если нам крупно не повезет, сомневаюсь, чтобы и я туда добрался.

– Почему? – спросил пораженный Ньют.

– Потому что я уже не так бодр, как когда-то, – ответил Август. – Раньше я умел увернуться от любой опасности. Я мог скатиться с лошади быстрее, чем другой успел бы моргнуть. Я и сейчас быстрее многих, но совсем не так скор, как раньше.

Фургон легко одолел переправу, а шедшие за ним две свиньи тоже вошли в воду и бодро поплыли к другому берегу.

– Ты только погляди на них, – поразился Август. – Вот это пловцы так пловцы.