Прочитайте онлайн Из золотых полей | Глава 21

Читать книгу Из золотых полей
3418+5631
  • Автор:
  • Перевёл: Е. С. Татищева

Глава 21

Чесс беспокоилась, что теперь уже никто не повезет на их мельницу зерно, потому что до того, как иск был отозван, помощники шерифа заворачивали все повозки обратно.

Однако ее опасения не оправдались: каждый день, с рассвета до темноты, у мельницы стояла вереница груженных зерном фермерских повозок. Всем приходилось ждать, но никто не выказывал неудовольствия. Атмосфера в очереди была веселая, праздничная, какая бывает на ярмарках и гуляньях.

— Ах, Нэйтен, как это мило с их стороны, не правда ли? Я падаю с ног от усталости, но это неважно. Так приятно сознавать, что все хотят оказать нам поддержку.

Нэйт посмеялся ее наивности.

— Все хотят посмотреть на ловких преступников, Чесс. Многие фермеры даже взяли с собой свои семьи. Они не знают, что именно мы совершили, но видят, что это сошло нам с рук, и в их глазах мы теперь герои. Сельские жители не любят шерифов. Закон непрошенно влезает в их дела, а такое никому не нравится, в особенности у нас, на Юге.

Теперь он ездил в Дерхэм каждый день. У него были дела в городе: так, он заказал кирпичи для фабрики, сказав, что они нужны для дома, который он собирается построить. Еще он доставил Джиму Монро обещанные пять тысяч сигарет. И оставил во всех других городских магазинах, а в придачу к ним и в барах по пробной коробке с сотней сигарет.

— За пробу денег не беру, — говорил он везде. — Покурите их сами, испытайте на своих клиентах. Если решите сделать заказ, то при продажной цене в пять центов за десять штук заработаете на каждом десятке цент с четвертью.

Но главное в этих поездках было показаться на людях, и прежде всего — попасться на глаза тем, кто делал бизнес на табаке. Пусть увидят, как он улыбается, пусть еще раз уверятся, что он силен, сильнее, чем они думали, что он — победитель. Он счел необходимым «извиниться» перед Юджином Морхедом, президентом городского банка, за «неудобство, причиненное недавним недоразумением».

После чего принял извинение Морхеда за затруднения и неудобства, причиненные ему самому.

Выходя из банка, он чувствовал себя так, словно роста в нем стало десять футов. Подумать только, он, Нэйт Ричардсон из графства Элэманс, заходит в банк, и президент банка встречает и приветствует его! Это было именно то, о чем он мечтал, и вот так оно и случилось. И это только начало.

— Привет, Нэйт! Это ты?

Нэйт оглянулся и увидел своего брата Гидеона. Он страшно обрадовался.

— Привет, брат! Ты отлично выглядишь.

Это была правда. Гидеон был строен, мускулист, и его кожа была покрыта здоровым загаром. Он был одет в дорогой костюм-тройку, и на его жилете блестела золотая цепочка для часов. У него был вид преуспевающего человека.

«Как и у меня», — подумал Нэйт. Да, оба брата Ричардсоны победители. Он хлопнул Гидеона по спине. Может быть, они пообедают вместе, или проповедникам нельзя ходить в такие злачные места, как бар «Дикси»?

Но прежде чем он открыл рот, чтобы спросить, Гидеон сказал:

— Я сейчас тороплюсь на поезд. Жаль, я не знал, что встречу здесь тебя, тогда я устроил бы все иначе. Я очень рад видеть тебя, Нэйт. А как там ма и остальные — ты знаешь? Я уже два месяца как в разъездах и не имею от них никаких вестей.

Нэйт смущенно пробормотал, что в последнее время был ужасно занят и вообще не мастер писать письма.

— Вот и я тоже. У нас в семье этим занимается Лили. Она пишет ма каждый месяц.

Лили. Ее образ уже так давно не возникал перед ним. Работа, сигаретная машина, планы на будущее вытеснили ее из его мыслей. Но сейчас он снова ясно видел ее золотые волосы, и в пропитанном запахом табака воздухе Дерхэма ему вдруг почудился нежный аромат ее духов. Его плоть напряглась; это было болезненно из-за плотной, туго обтягивающей материи джинсов. Нэйт испугался, что по его виду брат узнает его секрет, узнает, что он, Нэйт, вожделеет к его жене. И ему захотелось избить Гидеона до бесчувствия за то, что Лили принадлежит ему.

— Поезд меня ждать не будет, — сказал Гидеон. — Если я опоздаю, то не поспею на пересадку в Роли, так что мне надо спешить. Да благословит тебя Бог, Нэйт.

Нэйт стоял и смотрел ему вслед. Потом, с трудом передвигая ноги, которые будто налились свинцом, побрел в бар «Дикси».

— Нэйт! Все в городке только о тебе и толкуют, ну да ты это, наверно, и сам знаешь.

Дорина, подружка Джима, была раздушена, накрашена и игрива — подходи и покупай. Нэйт смотрел на нее, и его терзало воспоминание о свежей, невинной красоте Лили. И еще — о ее полных грудях, тоненькой талии и розовых, мягких, обиженно надутых губах.

— Дорина, где сейчас твоя подруга Джули? Я хочу с ней познакомиться.

* * *

Чесс наливала чай в чашку Эдит Хортон. Сегодня был четверг, день, когда она принимала гостей в своем полуразрушенном, кое-как подправленном однокомнатном домишке. Чесс сидела на одной из трехногих табуреток, аккуратно расправив пышную полосатую юбку своего лучшего платья. Эдит Хортон она предложила кресло, сбитое Джимом из половинок чурбаков.

— Добавить тебе сливок и сахара?

— Спасибо, не надо. Терпеть не могу черный кофе, но ничего не поделаешь — мне надо сбросить лишний вес. Как же тебе повезло, Чесс: ты все еще стройна, как девушка.

Эдит мало-помалу становилась ей той задушевной подругой, которую Чесс всегда хотелось иметь. С ней можно было без стеснения поговорить о личном, о женском.

— Жаль, ты не видела, какой тощей я была два года назад, Эдит. Точь-в-точь как ручка от метлы. Мне приходится пить молоко чуть ли не ведрами, если бы не оно, мне бы до сих пор было нечем отбрасывать тень. У меня никогда не было аппетита… вот только последнее время отчего-то постоянно хочется есть. Ты случайно не знаешь, такое бывает, когда ждешь ребенка?

— О, Чесс, как замечательно! А когда он должен родиться?

— Не знаю. Я даже не уверена, что в самом деле беременна. У меня всегда были нерегулярные месячные.

— Тебе надо показаться врачу. Я в таких случаях всегда пользовалась услугами доктора Артура Мэйсона, он живет в Роли. Он лучший врач в Северной Каролине. Я сейчас же напишу ему, нет, лучше попрошу Генри отправить ему из Дерхэма телеграмму — впрочем, и это не годится, такие вещи не для телеграммы, ведь ты же не хочешь, чтобы о твоих личных делах узнали посторонние. О Господи, я просто не знаю, что делать… А, вот что — я напишу ему и спрошу, практикует ли он теперь, какие у него часы приема, ну и так далее. Ты же знаешь, Чесс, Джесси, моему младшему, уже почти двенадцать, вот я и потеряла доктора Мэйсона из виду. А теперь расскажи мне, тошнит ли тебя по утрам.

В разговорах о беременностях, младенцах, детях Эдит, докторе Мэйсоне, возможных именах для мальчика и девочки день пролетел быстро и весело. Чесс еще никогда в жизни не было так хорошо.

Конечно, если не считать времени, которое она проводит с Нэйтеном. Но это совершенно другое дело. От Нэйтена словно отлетают искры, он весь — воплощенная энергия, риск, приключение, он заражает своей жизненной силой и ее, да так, что порой ей становится страшно.

С Эдит же, напротив, она чувствует себя спокойно, безмятежно, уютно.

«Какая я счастливая, — подумала Чесс. — У меня есть они оба!»

* * *

Сигаретная машина производила сильный шум, но работать на ней было нетрудно. Нэйт засыпал табак в бункер, регулировал натяжение длинной бумажной ленты и запускал приводное колесо. Громко стуча, завывая, дребезжа и лязгая, машина изрыгала сигареты в ящик, поставленный под резаком-гильотинкой. Чесс поправляла их, чтобы получались ровные, аккуратные слои, а когда ящик заполнялся, заменяла его следующим.

После того как Нэйт выключал машину, они вынимали сигареты из ящика, тщательно осматривали их и отбраковывали те, у которых находили дефекты. Потом укладывали их по десять штук на квадратные листки картона, положенные на середину больших по размеру листков бумаги, загибали края этих бумажных листов и клали получившиеся пакетики в картонную коробку.

Когда они заворачивали сигареты вечером в четверг, Чесс сказал Нэйту, что она, возможно, беременна.

— Господи Боже, Чесс, тебе нельзя паковать сигареты, тебе надо сесть и сидеть. Иди в дом и отдохни. Я могу закончить работу один. Сейчас провожу тебя до дома и вернусь.

Как и бессчетным тысячам других жен на протяжении многих веков, Чесс было приятно и немного забавно ощущать себя предметом такой преувеличенной заботы.

— Не говори глупостей, — ответила она. — Я скажу тебе, если устану. — Она засмеялась, и Нэйт уверился, что все хорошо, что все идет как надо. От ее смеха у него всегда появлялось такое чувство.

* * *

Огаста Мэри Ричардсон родилась 10 октября 1882 года. Она появилась на свет на мягкой перине, в хорошо обставленной спальне на втором этаже добротного кирпичного дома с самыми современными удобствами, а также с передним и задним дворами, обнесенными белым штакетником. Роды принимал доктор Артур Мэйсон-младший, заранее приехавший по такому случаю из Роли. Миссис Натэниэл Ричардсон могла позволить себе все самое лучшее.

Ведь ее муж был очень преуспевающий человек.

За домом, на берегу ручья, стоя